godinerl (godinerl) wrote,
godinerl
godinerl

Categories:

"Заболеть" Арменией, Звартноц и мастерская-музей Ерванда Кочара

Мои он-лайн путешествия с проектом Localife Armenia (*) продолжаются. Хочу поделиться впечатлениями, которые сложились вчера, 24.01.2021, после двух зум-экскурсий (переношу из фейсбука, объединив три зарисовки воедино).



"Заболеть" Арменией

Воскресное утро в Звартноце. Одно из 300-х солнечных в Армении. Переместившее снег с так и не показавшихся горных вершин, подпирающих небо, прямо на камни.

Немой разговор каменотесов, чьи имена - лишь знаки-зазубрины на розовеющем под настроение туфе.

Меж Араратом, Арагацем и Ара.

- Что значит слог "Ара" в армянском? - жду ответа, чтобы убедиться, кто знает уже какой раз за этот январь, в очередном неожидаемом сходстве иврита и армянского, ведь "хар" - "гора", почти что и не нуждающаяся в призрачном "хей", здесь напрашивается...

Но, оказывается, брать надо выше: "ара" - это о созидании. Это о творении.

Вы тоже услышали тут же второе слово из фразы, открывающей Тору?

Берешит БАРА Элохим...

Вначале СОТВОРИЛ В-вышний...


"... среди песков ржавомедных - круг камня, как кружево: выбитая орнаментика"
Андрей Белый, очерк "Армения", по следам путешествия 1928 года



"... а ныне он - глыба разрытых камней...",
Андрей Белый, очерк "Армения", по следам путешествия 1928 года



"Подписи" строивших Звартноц. На выживших в веках камнях наш гид показала нам несколько раз вот эту звезду - верхний ряд, вторая слева


Андрей Белый в 1928 году видел эту модель еще в Эчмиадзинском музее, сегодня она в музее непосредственно на территории Звартноца. Из очерка Белого 'Армения" : "...три яруса трех куполов, исходящих легко друг из друга (один над другим), образующих ряд капителей и окон колонных, как из лепесточков: трехкружие - точно махровый, орнаментом пышный цветок, опрокинутый над цилиндрическим телом, которое многоколонник. Подножия - кружево"


"Простая мысль… Когда мы видим древние развалины, в нас прежде всего забредает романтическое и бумажное представление о неумолимости и мощности физического времени, прошедшего за эти века над делами рук человеческих. Коррозия, мол, эрозия. Капля долбит камень… И каждый день уносит… Еще что-нибудь о краткости собственной жизни, о мимолетности, о тщетности наших усилий и ничтожности дел. Но как это все не так и не то! Это только кажется, что мощность времени… Не время, а люди развалили храмы. Они не успевали за свою жизнь увидеть, как расправится с храмом время — потом когда-нибудь и без них, — и нетерпеливо разрушали сами... Я вдруг понял, что таких развалин и вовсе нет, чтобы от одного времени… «Время разрушать и время строить». Даже в Библии «разрушать» — сначала. Время успевает лишь слегка скрасить дело человеческих рук и придать разрушениям вид смягченный и идиллический, наводящий на размышления о времени. И в таком виде развалины стоят уже вечно... " (Андрей Битов, "Уроки Армении", изд.1978 г., по следам путешествия 1967 г.)


"Словно бы зрение болезненно моему другу… Чтобы увидеть каждую следующую достопримечательность, ему надо на это решиться. И он заставляет себя. Для меня. Меня ради. Это исполняет меня благодарности и неудобства. Хотя ни он, ни я не показываем этого друг другу, да и не осознаем. Что-то сопротивляется в друге перед каждой следующей экскурсией. Конечно, он все это зрит не в первый и не в десятый раз. Конечно, тяготы гостеприимства. Но и тяготы эти привычны. К тому же достопримечательности таковы, что их конечно же можно видеть бессчетное число раз: они не исчерпаются, и от них не убудет. К тому же не показать их мне тоже невозможно и не полюбить их мне — нельзя. Но почему-то снова взглянуть на то, что прекрасно и любимо, трудно моему другу. И он отправляется на очередную экскурсию… И когда он снова видит эти камни, уныние вдруг разламывается у него на лице, он успокаивается и светлеет. На меня он совсем не смотрит, и вовсе не потому, что хочет спрятать какие-то чувства. И мне кажется, что он не хочет увидеть в моих глазах, что я не понимаю. А когда он все-таки встречается со мной взглядом, то говорит, опять в сторону: — Я хочу, Андрей, понимаешь?., я хочу, чтобы ты устал-устал, чтобы все это солнце-солнце, эти камни… и ты вдруг почувствовал позвоночником… понимаешь, позвоночником?., как ты устал…(Андрей Битов, "Уроки Армении", изд.1978 г., по следам путешествия 1967 г.)



Об Армении я теперь точно знаю, что она кружевная... Кружево в камне, кружево нитей, кружево историй, плакучее кружево шелковицы ("тут", не забудьте про мягкое т...) На территории культурно-исторического заповедника Звартноц


Наш прекрасный гид Маринэ, приехавшая специально для нас в свой и музея выходной. На улице минус 12 (-12)...


Воскресное он-лайн утро в Звартноце...

Мне кажется, у Андрея Белого в Шаббат прочитала в главе Звартноце что-то о закругленной угловатости (или круглой прямоугольности?) древней армянской архитектуры. Ищу и не нахожу, но найду.

**************************************************************************

Сегодня я впервые увидела, что значит "лепить в стол". Раньше знала, лишь что это – "писать в стол".

Обернуться – это почти всегда соляное жжение окаменения. Это почти всегда рубить по аорте, пульсацию унисона свобод (мысли и выражения таковой) цепко держащую.

Невозвращенцы наоборот. Художник и скульптор Ерванд Кочар – их племени.


Если бы Сезанн пролетал над Кавказом... Работа "Ессентуки", 1918 г, это уже после мастерской Оскара Шмерлинга в Тифлисе и перед классом Кончаловского в Москве, и еще до скорого парижья, которое оборвется в конце 30-х...

Во время он-лайн экскурсии задел меня диалог двух скульптур:

"Меланхолия" 1959 года

Звено цикла, вьющего партитуру своих мимолетных вскриков еще с периода парижского. Сквозную трехмерность своего творения Кочар, если и мог наблюдать после завершения работы, то лишь в тянущемся к бегству ввысь прямоугольнике своей мастерской. Впервые широкой публике работа будет представлена лишь в 1984 году, 5 лет спустя после смерти художника, в открывшемся (в той самой мастерской) музее, а в 2007 году, уже в бронзе, работа будет установлена перед Центром инновационного экспериментального искусства в Ереване.

Вторая работа, почти ее ровесница:

Памятник Давиду Сасунскому, 1957 год.

Безоговорочная фигуративность. Сцена – огромная ереванская площадь. Национальный эпос. Индульгенция? Кто знает, какая по счету. Лишь… меч и перст указующий странно перетягивают взмывшую в ауфтакте прыжка-рывка лошадь…

Доведись увидеть Кочара, уверена, он бы ушел от ответа на мой вопрос о точном цитировании ли, или безвыборно случайном совпадении названий:

его автобиографической книги и...


Как символично перекрыла случайно рука Ашота Саргсяна (нашего гида и организатора проекта Localife Armenia, без которого не только не попасть было бы в этот музей виртуально, узнать даже о таковом, не уверена, что у меня сложилось бы, за что признательна и благодарна) местоимение 'Я" из заглавия автобиографии Кочара.

... и стихотворения Николая Гумилева. "Я и вы"

Хотите, можете множественность "вы" разбить на нескончаемость участников диалога и проставить большую букву в этом, казалось бы, "лишь" местоимении):

"Да, я знаю, я вам не пара,
Я пришел из иной страны,
И мне нравится не гитара,
А дикарский напев зурны.


Не по залам и по салонам
Темным платьям и пиджакам —
Я читаю стихи драконам,
Водопадам и облакам.


Я люблю — как араб в пустыне
Припадает к воде и пьет,
А не рыцарем на картине,
Что на звезды смотрит и ждет.


И умру я не на постели,
При нотариусе и враче,
А в какой-нибудь дикой щели,
Утонувшей в густом плюще,

Чтоб войти не во всем открытый,
Протестантский, прибранный рай,
А туда, где разбойник, мытарь
И блудница крикнут: вставай!"


Тяжелый визит. Музей Ерванда Качара. Тяжелый не стопой вопросов, а тяжелый кипой ответов, который так лежат на поверхности. И вызывают желание смотреть и смотреть ранние работы художника, тифлиского и парижского периодов, бесплодно надеясь, что многое (нет, конечно, не всё), что будет вынужден делать Корчар после, лишь симуляция и мираж.



Тяжелый визит. Но такой нужный. Вопрос обретения "я", вписываемого или нет в партитуру "мы"...



Я думала, что смогла подобрать хотя бы часть слов, удивилась даже себе, что не откладывала на завтра, а ночью проснулась. И, вот, что потом сложилось, как посткриптум:

И, вот, просыпаешься вдруг посреди утра, отбирающего у ночи власть, часов так в 4.30 и свербит одна мысль, как будто поджидала она и решила, что хватит дожидаться:

ведь две, казалось бы не связанные между собой точки моего он-лайн вчерашнего армянского путешествия - они же были об одном! И даже почти говорили об этом через одну форму: круг.


Колодцы Звартноца, уходящие на глубину полсотни почти метров, говорят, ведущие свой подземный путь до Эчмиадзина...(У Битова, в 'Уроках Армении": "Мы бросали горящую бумажку в какой-то колодец. Бумажка, безусловно, так и не достигла дна.)

Движение по кругу. Движение вокруг кругов. От внешних до самых сжимающееся близких.

Маринэ, гид в Звартноце, всё время отмечала:

"... а, вот, сейчас мы еще не вышли из круга. И сейчас мы еще в круге" - проходя под небом и по снегу второго ряда безраличных, казалось бы, к нашему присуствию колонн разрушенного храма.

Накручивались круги за кругом, от внешнего - к сердцу двух внутренних. И сквозная пространственность довоображаемых арок, оставивших колонны быть смотрителями нашего жизненного кружения, оставляла шанс-возможность поменять круг, убежать из него, ворваться к эпицентру и т.п...



И, вот, потом у Кочара в музее: одна из экскурсантов спросила о его "пространственной" живописи:

"... а художник так сам просил, чтобы работы демонстрировались в вечном кружении?"



Работа 1934 года, из собрания Центра Помпиду, Париж

Постамент с работами этого жанра пребывает в нескончаемом движении, кружась в радиусе самого тесного (и теснящего другие) круге - вокруг своей оси... И, может, вот эти волнисто-сквозные (волнисто - это от слова 'волнующие"?) пролеты-отверстия в металле (металл в этих работах - тот же холст для нанесения масла), может, они - от невозможности преодолеть, даже и стремящуюся ввысь, но ограниченную вертикаль стен музея, а, может, и жизни самого мастера.



.Ну, вот, это мое одно из январских, 2021 г, армянских воскресений...

**************************************************************
В среду, 27.01.2021 - он-лайн встреча в Ереване, в мастерской художника и ювелира Нур (нач. в 17.00 по моск. времени. в Израиле - 16.00)

В воскресенье, 31.01.2021 - он лайн встреча с Марком Григоряном, директором Национального музея-института архитектуры им. Ал. Таманяна. Встреча будет посвящена творчеству архитектора Рафаэля Исраэляна (начало в 14.00 по моск.времени, 13.00 в Израиле)

Tags: Армения, Израиль, Эрец Исраэль, история, путешествия, талантливо
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments