godinerl (godinerl) wrote,
godinerl
godinerl

Categories:

Как я боролась с -генезом не помню чего

Пить пиво я начала лет с восьми. Но, т.к., четырехразовая явка в неделю в ДМШ обязывала до приближения к клавиатуре проходить тест на ясность сознания, то в восемь лет я пиво пить и перестала. Тут недавно уважаемые блоггеры (1, 2) прогулялись до местных пивоисточников. Я-то себя от поездки отговорила сибирской натурой, не признающей пива в жаркой атмосфере. Хотя, если начистоту, я, наверное, не поехала на пивзавод, потому что не надеялась, что в перерывах там рабочим квартеты Шенберга играют. Ну, вот, и осталась я без пива и с недоработанным-таки -генезом не помню чего. И поэтому...

Поэтому, когда на сайте уютного тель-авивского местечка под названием "ХаТахана" появилась реклама мини-мюнхенского пивного фестиваля, я, как работник сами знаете чего и где, решила, что на этот раз я буду посговорчивее в диалоге со своими музыкально-житейскими пристрастиями. Хотелось посмотреть вблизи на то, что, наверное, в самом страшном сне не мог себе представить один неслучившийся живописец, чья попытка переворота, вошедшего в историю, как "Пивной путч", на момент 1923 года останется неудачной.

На картинке - монах–пивопроизводитель и баварский властелин, как пивопроизводстворазрешатель. Мюнхенская пивоварня "Пауланер" приземлилась на тель-авивском побережье на два дня. Беспокойный сон темплеров, строивших железнодорожную станцию, был обласкан флюидами напитка, сварено-проверенного аж в самом Мюнхене.

Если уж на тель-авивском побережье решили, что мы играем в Мюнхен, то, ясно дело, к пиву полагались сосиски. Сам продукт, нацеливаясь фотоаппаратом на дрожащие от восхищения руки покупателей, я запечатлеть не решилась, но, вот, очередь за сосисками – пожалуйста.

Кстати, в период Пятой алии, т.е. прибытия, а вернее, бегства, в 30-ые гг. немецких евреев из нацистской Германии, на улицах Тель-Авива, Тверии, Хайфы появлялись новые (передвижные) точки общепита. В них продавали сосиски. А в качестве продавцов (что поделаешь – "плавильный котел") можно было увидеть ещё в недавнем прошлом музыкантов, ученых, врачей и т.п.


Подпись под фотографией:
"От сосиски до сосиски они читали труды Ницше"

Чтобы посетители ХаТаханы не запутались в своих намерениях, при входе милые девушки в национальных костюмах допропорядочных Гретхен, как в мендельсоновских песнях без слов, одной улыбкой транслировали посыл, который в переводе с арийского на ближневосточный звучал, наверное, так: "Ты туда не ходи, ты сюда ходи".

А с самыми недоверчивыми приходилось бороться привычным – вербальным – способом, мобилизовав изречение Леннона:
"Реальность оставляет много места для фантазии"

И, таки, Леннон и квартет Гретхен не обманули.


Праздник жизни гремел каверами.

Обнадеживал и формой, и содержанием.

С книжных страниц

жизнь перепрыгивала в затемненную, но такую пенистую реальность.






Иногда жизнь аж пыталась выйти за рамки.

Вернули ли этого юношу в фотоиллюстрацию, которую судя по всему, он покинул, я досматривать не осталась
Свой бокал я так и оставила незаполненным

Зачем мне было нужен средиземноморский вариант мюнхенского Октоберфеста я так и не поняла. У меня и так Земля, текущая молоком и медом.

Да, и вот ещё. Всё-таки вечер прошел не зря. Я в очередной раз убедилась, что даже великие могут быть недоверчивыми скептиками.Смотрите, Черчилль ненавидел две вещи: теплое пиво и холодных женщин.

Уинстон, ты просто не там закупался...


     

Tags: Израиль, Тель-Авив, баловство, путешествия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments