godinerl (godinerl) wrote,
godinerl
godinerl

Categories:

"...И облака во мне"

Этот пост я посвящаю памяти Андрея Михайловича Финкельштейна. 17 октября этого года было 30 дней с его ухода в Санкт-Петербурге. Жизнь свела меня с этим человеком всего лишь один раз. В тот момент, когда он подошел ко мне после экскурсии и сказал потрясающе добрые и искренние слова, я не знала, что он директор Института прикладной астрономии РАН, выдающийся ученый – астрофизик. Да, и что бы это поменяло... Когда жизнь этим воскресным вечером привела меня по переулочкам Старого Яффо к галерее йеменского искусства Бен-Циона Давида, случилось, что вновь об Андрее Михайловиче я услышала именно там. Да, впрочем, давайте, я попытаюсь изложить всё по порядку.



Об иллюстрации - в конце поста

Зимой года 1989-го был на московском Арбате то ли салон художественный, то ли центр культурный, а, может, и просто магазин, под названием "Грузия". Помню застыла там около небольшой стеклянного убежища красоты неописуемой ювелирных украшений. Застыла и запомнила. Даже если бы и смогла купить, как-то не видела я себя в той дейтствительности в красоте филигранных переплетений серебрянных нитей, вырвашихся из-под хрупкой опеки Мастера...

Летом 2011-го всё откладывалось у меня воспользоваться советом прекрасной Ани (stranna) добраться до галерии йеменского ювелирного искусства в Старом Яффо. И Яффо я плохо знаю, и праздников череда. Но 16 октября, после работы в Тель-Авиве, показалось мне, что сегодня и есть тот день, что надо пойти. Просто встать и пойти. А дорога выведет. Сначала по морю, потом по переулкам, шарахаясь теней – то зримых, то придуманных – к заходу солнца я добралась до переулочка под названием Мазаль дагим. В магазинчике, торопливо предупредив окружающих меня японских туристов, что я не за покупками, я за экскурсией, знаниями и впечатлениями, я была препровождена милой Адрианой (одна из работниц этой галерии) в мир негромкого достоинства нитей. Нет, я не нитях из серебра, и не о нитях рафии (соломы), хотя изделия из этих материалов и были в тех стенах.

Родители Бен-Циона Давида скитались по дорогам Йемена два года. Из города Наджрана, находящегося на границе с Саудовской Аравией, до столицы Йемена Сана, шли они, имея намерения точные, а решения – смелые. Бен-Цион родился уже в Израиле в 1955 году. Музею всего лишь полтора года. Мастерской больше. Бен-Цион уходил в другие профессии , вернее, думал, что можно уйти от того, что уже передается в его семье на протяжении восьми поколений:

"Бен Цион закончил Хайфский технион и уехал в Америку: видел себя инженером. Но и там стал заниматься ювелирным искусством и стал известен. Вернувшись в Израиль, собирался работать военным инженером, но так и остался в своей мастерской."

Так пишет Лея Веденски, организовавшая выставку работ Бен-Циона в Санкт-Петербурге и написавшая прекрасно изданный на русском языке альбом о традиции йеменской филиграни. Выставка проходила в Санкт-Петербурге в выставочном зале "Смольный" в начале октября этого года.

В яффской галерее-музее-мастерской очень уютно.



Вы удобно расположились на диване и смотрите интересные фильмы, в том числе и на русском языке о семье, о культуре, о традиции, о скитаниях, о доме.

И сладко вам.



И удивительно хорошо.



Можно задавать любые вопросы в любом количестве. Мне отвечал Эли, приехавший из Болгарии. На фотографии он запечатлен во время составления каталога образцов орнаментики, (вос)созданной Бен-Ционом.



Мастер работает. "Уйти с головой в работу" – это про Бен-Циона в буквальном смысле.


Мне всё не удавалось запечатлеть его улыбку, потом получилось...


Офра Хаза всегда выступала в украшениях работы Бен-Циона

Часть рабочих инструментов, переходящих из поколения в поколения в семье украшают и экспозицию, и одновременно, и рабочий стол. В загадке, заданной несколько дней назад, я использовала фотографию инструмента, принадлежавшего ещё деду Бен-Циона.




Инструмент называется цирфа. В буклете "Йеменское искусство филиграни" написано:

После того, как серебро (расплавленной монеты – прим. мое) остывало, ювелир, работая большим молотом матрага, на тяжелой наковальне сифла, превращал серебро в длинную нить такого диаметра, который можно было пропустить через цирфа – пластину с дырочками-фильерами различных диаметров. Тогда он вытягивал нить сквозь дырочки в цирфа, пока не получал нить такого диаметра, который был ему необходим.



На подготовку серебрянных нитей уходило два дня, а на третий день начиналось "сочинение" украшения...





Можно увидеть фотографию отца Бен-Циона – Шломо.



Мамы.



Ей уже за 100 лет, иногда она приходит к сыну в галерее, без дел не сидит. Вот её работы, её переплетения.



А это фотография деда, мудреца и мастера-художника.


Рядом с дедом, ещё мальчишкой - Бен-Цион

Можно попытаться вчитаться в вязь строчек, угадывая сквозь течение слов современность давних посылов.



Что меньше всего я ожидала увидеть в стенах галереи йеменского искусства в Древнем Яффо, это... газету "Еврейский Петербург".



Раскрыла, увидела вот этот снимок в нижнем правом углу...


И вспомнила. Да, я и не забывала...

Это было, наверное, года два с половиной назад. Ждали группу из Санкт-Петербурга. В Санкт-Петербурге очень интересная возрождающаяся еврейская община. В группе был рав города – рав Певзнер – и питерские евреи- бизнесмены, которые поддерживают многие проекты общины. Мне надо было лишь провести экскурсию, а потом проводить группу на презентативную встречу с главой отдела по внешним сношениям при комплексе Яд ва Шем. И как-то вот случилось, я поняла, что я ничего не теряю, потому что то, что сейчас им скажу, у него будет правильное продолжение. Нам оставалось метров пять до выхода из туннеля, соединяющего выход из нового музея с площадью им.восстания в Варшавском гетто. С левой стороны, почти у выхода есть дверь, ведущая в Зал вопросов и ответов. Это один из новых проектов музея. Мультимедийные технологии, современный дизайн.



Возможность слушать мнения, зачастую полярные, по самым волнующим вопросам, которые человек не может не задать себе после посещения музея.


Две фотографии с сайта музея

Но всё это – без перевода записанных интервью на русский язык. Ну, я и остановилась у входа в зал. И сказала всё, что думала о невозможности работы в этой комнате с русскоязычными группами, не знающими иврита. Питерские гости сказали – мы берем на себя этот проект. А через год они приехали. На открытие. И пригласили с собой в поездку Андрея Михайловича Финкельштейна. И снова была экскурсия... Как выяснилось из статьи-некролога, найденной мною галерее йеменского искусства в Старом Яффо, ставшая первым для Андрея Михайловича знакомством с нашим музеем. Первая и запомнившаяся надолго... Вот что написал друг Финкельштейна Марк Давидович Грубарг:

"Человек который жил среди звезд

Где-то в году 1999 мы пересеклись в Университете. «Андрей», - сказал я ему, - «помнишь у Канта: две вещи никогда не перестанут волновать человечество…звездное небо над головой и внутренний мир. Со звездами у тебя все в порядке. Сейчас у нас, у евреев Песах, приходи в Синагогу, займись внутренним миром». Песах тогда проходил в хупном зале, я вел седер, была очень теплая семейная обстановка, да и народ был очень приличный, образованный.

Андрей был в восторге: «как интересно! Я ведь об этом ничего не знаю», у него в глазах был неподдельный, мальчишеский интерес… С тех пор он появлялся в Синагоге по праздникам, иногда заходил просто поговорить, не взирая на большую занятость.

Он был евреем, оторвавшимся от корней, но понимающим, что он еврей и считающий это важным. Оказывается, он никогда не был в Израиле и поэтому, когда мы были в Иерусалиме, в мемориальном комплексе Яд-ва-Шем, где наша община русифицировала мультимедийные системы «Зала вопросов и ответов» и дописывали свиток Торы в честь нашей общины, он был потрясен и необыкновенно счастлив. Пожалуй, я никогда его таким не видел, радовался тому, что написал свою букву в новом свитке Торы. Вообще столько мальчишеского восторга редко встретишь у интеллектуалов, а он обладал этим необычайным даром. И потом неоднократно говорил: «Благодарю! Вы помогли найти мой еврейский внутренний мир, и он очень важен для меня."


Андрей Финкельштейн на фотографии справа

Бен-Цион приехал в Санкт-Петербург на свою выставку 3 октября. Он разминулся с Андреем Финкельштейном всего лишь на 15 дней. Я подумала, ведь, если бы они встретились, одну общую тему они бы точно нашли. Какую? Космос. Когда Бен-Цион два года искал возможность передать через плетение серебрянных нитей красоту "короны" гранатовых лепестков, удалось ему это лишь после того, как при колледже им.Шенкаря он закончил курсы по работе с "новейшей космической технологией" (это снова цитата из статьи Леи Веденский).

"Сначала виртуальная конструкция моделируется в компьютере, а потом изготавливается в материале на специальной установке. Он окончил эти курсы, купил установку, запустил ее у себя в мастерской и смоделировал эти лепестки. Только тогда возникла эта форма, которую оставалось вручную заполнить филигранью."



Сегодня эти подсвечники находятся в коллекции подарков Елизаветы II.

И последнее. Название переулочка, на котором находися галерея в Яффо - Мазаль Дагим, 3, - переводится, как "Знак Рыбы" ("Под знаком Рыбы"). Первая иллюстрация в посту – рисунок Леи Элькивити к рассказу тогда ещё ученика 5 класса 11-летнего Гилада Шалита " О том, как встретились рыба и акула". Сказано в Торе, в книге Берешит, в главе 48, в строках 15-17:

האלוהים אשר התהלכו אבותיי לפניו אברהם ויצחק האלוהים הרועה אותי מעודי עד היום הזה. המלאך הגואל אותי מכל רע יברך את הנערים ויקרא בהם שמי ושם אבותי אברהם ויצחק וידגו לרוב בקרב הארץ.

Б-г, пред которым ходили отцы мои, Авраам и Ицхак, Б-г, пасущий меня с тех пор, как я существую до сего дня, ангел, избавивший меня от всякого зла, да, благословит отроков сих. И, да, будет наречено имя мое и имя отцов моих, Авраама и Ицхака, и да расплодятся они во множестве среди земли.

Такими словами напутствует Яаков сыновей Йосейфа – Эфраим и Менаше. Второе имя Яакова в Торе – Исраэль. В глаголерасплодятся на языке первоисточника корень слова аналогиче корню слова "рыба" - דג – ידגו

Газету со статьей я в галерее лишь пролистала, так была по-хорошему взолнована увиденным, узнанным. А вчиталась лишь в автобусе по дороге домой. И там и поняла, что маленькая заметка с фотографией Финкельштейна – это некролог. Газета была датирована 27 сентября. Оригинал статьи Грубарга появился на сайте питерской еврейской общины 21 сентября. Готовя этот пост, в биографии Финкельштейна увидела дату его смерти – 18 сентября этого – 2011 – года. Оставалось лишь перевести эту дату в еврейский календарь, чтобы узнать, когда выпадет дата 30-ти дней. Получилось на вечер 16 и день 17 октября. До галереи йеменской филиграни я дошла с заходом солнца вечером 16-го...

В названии поста использована строка из песни группы ДДТ "Летели облака".

.


Tags: Израиль, еврейский народ, история, путешествия, традиции
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments